Костровичи: немеркнущий огонь памяти

Время неумолимо… Многие события “старины глубокой” канули в Лету, и мы, охваченные “исторической амнезией”, уже не помним тех, кто жил на нашей земле до нас.
Но, слава Богу, сквозь “туманы столетий” к нам иногда все же возвращаются имена былых героев. Порой, они зашифрованы в местных топонимах, в названиях наших деревень. Сегодня мы хотим рассказать вам о дворянском роде Костровицких, от фамилии которых произошло название деревни Костровичи (Сеньковщинский с/с).

КОСТРОВИЦКИЕ – древний дворянский род Беларуси герба “Байбуза”. Православный шляхтич Иван Костровицкий был в XV веке скарбником Мстиславского повета. Его внук Степан перешел в католическую веру. В XVIII веке Костровицкие переехали на Гродненщину. Многие из Костровицких в разные периоды истории показали себя как доблестные воины, как хозяйственникиэкономисты, и как гуманитарии.

РОД КОСТРОВИЦКИХ

Известно, что три сына Лидского ловчего Самуэля Костровицкого (17291780 гг.) – Казимир, Онуфрий и Игнатий – в 178090х годах постепенно приобрели на Гродненщине: Скрибовцы, Лебеду, Паперню, Гостиловцы, Бешенки, Шпильки, Олежковцы, Церковце, Гордевце, Мурованку и другие имения. Это были знатные и богатые представители высшего света Речи Посполитой. Свою мать Барбару Костровицкую из рода Секлюцких братья похоронили с большими почестями и пожертвованиями в Виленском костеле Святого Духа в 1786 году.

Однако, обладая огромными средствами и влиянием, Костровицкие были властными и деспотичными, а порой и откровенно жестокими людьми. Так, староста Цыборский Казимир Костровицкий прослышав, что настоятель Маломожейковской церкви Петр Афанасьевич нашел в гробнице основателя церкви Шимки Мацковича золото, решил завладеть сокровищами. Он и его слуги напали на дом священника, убили его жену, а отца Петра посадили на цепь в конюшне. Священника пытали, но, так и не добившись, где зарыто золото, уморили голодом.

ВЕЛЬМОЖНЫЕ ПОВСТАНЦЫ

В конце XVIII века Онуфрий Костровицкий купил имение на Слонимщине. Он стал обладателем огромного земельного участка между реками Березой и Язвицей от деревни Ломаши на юге и до русла Щары на севере. Пан Онуфрий перевез на новое место своих крепостных крестьян, построил усадебный дом и хозяйственный двор, чем фактически основал новое село КостровицыВильковицы (теперь Костровичи).

Согласно “Актам Литовского трибунала”, пан Онуфрий был королевским шамбеляном, а также служил комиссаром и старшим люстратором Пинского повета. Шамбелян – придворное звание высокого ранга в Речи Посполитой, соответствующее камергеру – распорядителю королевского двора, имеющего привилегированный доступ в личные покои монарха. Будучи старшим люстратором, пан Онуфрий проводил периодические описи государственного имущества.

Известно, что в 1794 году Онуфрий Костровицкий вместе с братьями принимал участие в восстании Тадеуша Костюшко. Его брат Игнатий Костровицкий в звании генераладъютанта был избран лидским делегатом в Наивысшую Раду и комиссаром отдела безопасности Лидской порядковой комиссии. После подавления восстания Игнатий эмигрировал в Вену. Казимир и Онуфрий тоже “бросились в бега”, но вскоре были помилованы и вернулись на родину.

Жены и дети Казимира и Онуфрия тесно общались между собой и часто приезжали друг к другу в гости. По прямой от Малого Можейково до Костровичей всего 54 км. В 1830х гг. паны Костровицкие перебрались на Минщину.

КАРУСЬ КАГАНЕЦ И ГИЙОМ АПОЛЛИНЕР

Первым, кто еще 20 лет назад заговорил о связи слонимских Костровичей и рода Костровицких был поэт и краевед Сергей Чигрин. Кроме этого, он писал о двух выдающихся представителях рода – о белорусском поэте, художнике и общественном деятеле Казимире Костровицком, более известном как Карусь Каганец (18681918 гг.), и французском поэте, признанном главной фигурой европейского авангарда, идеологе сюрреализма и кубизма Вильгельме Кастровицком, известном на весь свет под псевдонимом Гийом Аполлинер (18801918 гг.).

Однако обо всем по порядку. Когда началось национальноосвободительное восстание 1863 года, три родных брата МихаилАполлинарий, Казимир и Карл Костровицкие не раздумывая, взялись за оружие. После поражения постанцев Казимира и Карла арестовали и сослали в Сибирь, а старший – МихаилАполлинарий с пятилетней дочкой Ангеликой и женойитальянкой Джулией Флариани эмигрировал в Италию. Пройдут годы и Ангелика станет матерью будущей знаменитости. В качестве литературного псевдонима ее сын выбрал французские варианты двух своих имен – Вильгельм (Guillaume) и Аполлинарий (Apollinaire). В 1910е Гийом – активный публицист: хроникер в «Меркюр де Франс», критик в «Парижурналь»; в

19121913 годах с Андре Билли редактировал журнал «Суаре де Пари». Весной 1917 года по личной просьбе Дягилева и Кокто Аполлинер выступил с манифестом искусства будущего, под названием «Новый дух», который на добрые два десятка лет определил развитие молодой музыки Франции. В конце 1910х вокруг Аполлинера сложился круг молодых поэтов, назвавших себя сюрреалистами — Андре Бретон, Филипп Супо, Луи Арагон, Жан Кокто.

Термин «сюрреализм» принадлежит Аполлинеру; в 1917 была поставлена его сюрреалистическая драма «Сосцы Тиресия», где проблемы современности преподнесены в духе аристофановых фарсов.

Карусь Каганец родился в Тобольске в семье Карла Костровицкого, сосланного за участие в восстании 1863 года в Сибирь. В 1874 году семья вернулась на родину, в Минскую губернию. Учился в Минском городском училище, в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Начал заниматься литературной деятельностью в 1893 году. Каганец сотрудничал с газетой «Наша ніва». В 1906 году он анонимно издал учебник «Беларускі лемантар або першая навука чытання». Написанный Каганцом водевиль «Модны шляхцюк» стал одним из первых произведений белорусской драматургии.

“ФУНДАТОР” ЦЕРКВИ

В 1803 году, замаливая грехи отцов и братьев, Онуфрий Костровицкий стал «фундатором» (спонсором, выделившим средства на строительство) Костровичской церкви. Вот как этот храм описывается в сборнике “Описания церквей и приходов. Гродненский православноцерковный календарь” 1899 года: “Кладбищенская церковь деревянная, – сооружена в 1803 году старанием помещика Онуфрия Костровицкого, – крыта соломой. Отстоит от приходской Поречской церкви в 10 верстах”.

Церковь стояла посреди деревни. Она отмечена на карте Гродненской губернии 1864 года (см. фото). Рядом с храмом находилось кладбище, на котором было много старинных захоронений. По словам старожилов, здесь стояли большие чугунные кресты. Возможно, здесь были могилы и когото из рода Костровицких или управляющих их имением. Однако это доподлинно неизвестно. После войны кладбище сравняли с землей и на его месте построили сельский клуб. – В Костровичах была капличка, – рассказывает местная уроженка Надежда Ивановна Третьяк (1927 г.р.). – Она находилась примерно там, где теперь памятник воинам, погибшим в годы Великой Отечественной войны. Я зрительно церковь эту не помню, значит ее уже в середине 1930х не было. Однако, по словам родителей, знаю, что в ней венчались многие наши родственники. В Костровичах по правую сторону сейчас находится магазин, а по левую – там, где клуб, – было большое кладбище. Кресты и камни стояли и после войны, до конца 1940х годов.

ПОМЕЩИКИ XIX ВЕКА

Нужно отметить, что окрестности Костровичей во второй половине XIX века облюбовали многие известные на Гродненщине помещики. Так, в имении Стобиново жил участник Слонимской нелегальной библиотеки, повстанец Станислав Липский.

После подавления восстания Кастуся Калиновского, в 1862 г. фольварок Репничи приобрел генераллейтенант царской армии Алексей Иванович Сабуров, а Байки и Голынку – камерюнкер, колежский советник Федор Федорович Петровский.

В 186070х гг. Костровичи были собственностью Фелиции Гарбовской. До отмены крепостного права она владела всеми окольными землями, включая Ломаши, Куцейки и Сеньковщину. У пани Фелиции было два сына, которые после смерти матери разделили ее обширное имение. Старший сын Осип обосновался в имении Раковица. А младший Евстафий построил себе новый усадебный дом в Костровичах.

Согласно “Списку землевладений в Гродненской губернии”, составленному П. Дуровым в 1890 г., Евстафию Гарбовскому принадлежало следующее количество земли в десятинах: усадебной и пахотной – 180, луговой и пастбищной – 65, леса – 299, неудобной – 56, всего – 600.

Костровичские старожилы еще могут показать, где находился дом и двор пана Гарбовского. Его огромный фруктовый сад доходил до бывшего кладбища в центре деревни.

Рассказывают, что на погосте у каплицы на могиле одного из Гарбовских стоял большой крест.

“АМЕРИКАНЕЦ” И ПОЛЯКИ

В начале ХХ века некоторые жители Костровичей уезжали в Америку на заработки. Этому способствовала активная рекламная компания, организованная некоторыми зарубежными фирмами. Предлагался быстрый переезд и гарантированная высокооплачиваемая работа. – Рядом с нами жил “американец” Сильвестр Бузун, – вспоминает местная уроженка Надежда Ивановна Третьяк (1927 г.р.). – Он ездил на заработки в Америку, а потом, уже при поляках, вернулся и купил землю недалеко от Байков. Жил богаче, чем другие соседи. К нему простые люди нанимались то сено косить, то картошку копать, по хозяйству помогать. Он обычно расплачивался деньгами или зерном.

По словам старожилов д. Костровичи Владимира Ивановича Голоскока и Ольги Ивановны Левко, с которыми автор беседовал в 2003 году, “за польским часом” жители деревни ходили на работу к местным панам: Матеушу Мерковскому (фольварок Ксаверево, Костровичская гмина), Каролю Керсновскому (Нарковщина), Эмилии Есьман (Трончин), Бо

леславу Королько (Раковица), Доминику Якубовскому (Репничи), Винценту Бусяцкому (КиевоБусяч) и т.д.

Большинство из помещиков в сентябре 1939 года, узнав о приближении Красной Армии, уехало в Польшу.

ОСАДНИКИ“СИБИРЯКИ”

В “межвоенное 20летие” на постоянное место жительства в Костровичи приехало много поселенцевосадников из центральных районов Польши. – Осадники поселились на краю деревни, – рассказывает местная уроженка Н.И. Третьяк. – Как из центра Костровичей на Лыски ехать, то перед речечкой дорога идет направо в лес. Там и жили осадники. Многие приехали изпод Кракова, и здесь купили землю. Жили Желиховские, Граховские, Язепские, Грановские и другие. Всего около 20 семей. Они были большие труженики: строили дома, корчевали лес, обрабатывали землю. Но как пришли Советы, то их всех вывезли в Сибирь. Я хо

рошо помню, как с вечера (9 февраля 1940 г.) приказали всем жителям Костровичей завтра утром приехать с конями и возами в конец деревни.

Никто не знал зачем. И тата мой поехал с возом. Ночью мама встала и слышит “на той осаде крэчь и плачь”.

А мороз был 40 градусов. Смотрим, везут поляков на возах. Спрашиваем у мамы: “Куда? Куда?” А она молчит и плачет. А их везут через всю деревню. Мы детьми все окна “прохукали”, все ладошки заморозили, пока смотрели, как везли осадников. Несколько человек из тех поляков все же осталось: Косиковский, Ращинский и Ванда Желиховская. Некоторые польские дома остались в Кост

ровичах до сих пор.

Согласно данным из книги “Память. Слонимский район”, 10 февраля 1940 года в Костровичах были репрессированы: Бадницкие, Бартницкие, Беняс, Грамульские, Граховские, Издебские, Изденские, Желиховские, Кавальчики, Камужицкие, Круль, Пракоповичи, Радавицкие, Равские, Сосинские, Семашко, Фальтуновские, Янцевичи и Яцкевичи.

ВОСПОМИНАНИЯ ОЧЕВИДЦА

Среди репрессированных осадников была семья Тадеуша Сосинского (1922 г.р.), автора нескольких книг об истории Слонимщины и Гродненщины.

События 1939 года Тадеуш Сосинский подробно описывает в своей книге “Slonim – zarys dziejow”. По его словам, с приходом первых советских войск, самопровозглашенная милиция допускала расстрелы поляков, известных своим патриотизмом. В гмине Костровичи были

арестованы все осадники, а также беженцы из Ломжи и глава школы, его жена.

Аресты проводили солдаты Красной Армии. В группе арестованных были две женщины, Кунегунда Юшкевич – учительница, жена директора школы в Костровичах, Казимира Юшкевича, который ранее был расстрелян в лесу у деревни Пруд (около Луконицы), а также Юзефа Сосинская, жена осадника, ее муж и два сына. Эта группа чудом избежала смерти.

Т. Сосинский рассказывает, что когда колонна арестованных подошла к деревне Пруд, на краю леса конвоиры начали копать яму для братской могилы. Воспользовавшись невнимательностью сторожа и близостью зарослей, сын осадника Тадеуш Сосинский убежал.

После его побега яму закопали, а арестованных на машинах доставили в тюрьму в Слоним. Через несколько дней арестованные были освобождены и возвращены в свои дома. Во время отсутствия их движимое имущество было разграблено, включая даже фрукты в садах.

В гмине Костровичи, помимо уже упомянутого главы школы, К. Юшкевича, были казнены Пашковский из Шишков и два брата Зигмунтовича из Милованья.

А ПОТОМ БЫЛА ВОЙНА…

– В годы оккупации, у нас немцы дома не жгли, но вывозили молодежь на работу в Германию, – вспоминает

Надежда Ивановна Третьяк. – И у меня повестка была. Приходилось прятаться, чтобы полицаи не схватили и не увезли. Людей расстреливали в Низах и Павловичах – там, где была “партизанка”. Деревня Голи была в лесу, немцы боялись туда сунуться, и называли ее “Москва”.

В книге “Память. Слонимский район” указаны фамилии воиновземляков, которые погибли или пропали без вести в 19411945 гг.: Ф.Ф. Прокопович, А.И. Русак, И.И. Санюк, А.С.

Савчиц, Ф.С. Савчиц, И.В. Слобода, А.И. Шульган, В.С. Шундрик, К.Л.

Хавтур и А.В. Ярмолик.

Дорогами войны прошли: рядовые Иван Иванович Кривенко, Василий Федорович Салин, Константин Иванович Скок, партизаны Александр Александрович Занкевич, Петр Герасимович Кадовб и партизанка Настасья Макаровна Кухарчик.

В сквере около Дома культуры были похоронены 13 воинов Красной Армии. В 1967 на братской могиле был поставлен памятник – скульптура воина и партизанки со знаменем. 6 июля 1995 г. в могилу перезахоронили останки еще 12 воинов. * * *

Вслед за освобождением Беларуси пришла наша Победа! Затем в Костровичах началось мирное строительство и организация колхоза имени Сталина… Оглядываясь назад понимаешь, что немеркнущий огонь памяти незримо горит в душе каждого из нас. Он напоминает о том, как хрупок мир и как важно его беречь.

Тадеуш Александрович СОСИНСКИЙ родился в 1922 году в д. Костровичи. 10 февраля 1940 году он, его отец Александр Адамович (1878 г.р.), мать Юзефа Владимировна (1886 г.р.) и сестра Галина (1925 г.р.) были депортированы на север СССР. 1 марта 1940 г. они прибыли на спецпоселение в д. Светлое, Бабушкинского рна, Вологодской области. Т. Сосинский был освобожден 30.09.1941 г. по Указу ПВС СССР «Об амнистии польских граждан». Принимал участие в Великой Отечественной войне в составе 1й Варшавской пехотной дивизии им. Т. Костюшко. Участвовал в освобождении Беларуси от немецкофашистских захватчиков. Был ранен. Стал инвалидом. В 19811990 гг. жил в Аргентине. Реабилитирован: 6 февраля 1995 г. Автор книг: “Slonim – zarys dziejow”, “Historia 79 pp Strzelcow Slonimskich”, “W matni, w tajdze i na stepie orenburskim”, “Przez zycie pod wiatr” и “Ziemia nowogrodzka”.

Игорь ПРОКОФЬЕВ

 

  • "Слонiмскi Веснiк" 2018.
  • При использовании материалов гиперссылка (не закрытая от индексации поисковыми системами) на www.slonves.by - обязательна.