В редакцию газеты обратился житель деревни Чемеры Сергей Николаевич.
Поросло травой
Мужчина рассказал, что его участок по улице Анны Король соседствует с заброшенными домами, в которых уже много лет никто не живет. Соответственно, и прилегающая к ним территория давно не видела ни косы, ни пилы.
Особую тревогу вызывает сухая растительность – на этих участках она фактически стала полноправной хозяйкой. Кажется, достаточно одной неосторожно брошенной спички, чтобы случилась беда.
Не радует и внешний вид пустых домовладений: на фоне аккуратных дворов по соседству они выглядят особенно запущенными и неухоженными. В общем, поводы для беспокойства есть.
Вторая жизнь
Председатель Озгиновичского сельисполкома Николай Николаевич Крамник о ситуации в курсе. По его словам, специальная комиссия уже провела работу по обследованию этих домов. Завершили поиск собственника одного дома – ему уже направлено извещение. Сейчас устанавливают правообладателей второго: информацию запрашивают в разных инстанциях, процесс – не быстрый.
За прошлый год судом Слонимского района было удовлетворено два иска о признании домов пустующими – речь о деревне Чемеры. В дальнейшем строения были проданы за одну базовую величину новым владельцам: началась их вторая жизнь.
Нет хозяина
Проблема пустующих домов в сельской местности с каждым годом становится все более заметной и тревожной. Там, где еще недавно кипела жизнь, сегодня – заколоченные окна, обвалившиеся крыши и заросшие дворы.
Молодежь уехала, а старики «ушли» – их дома остались никому не нужными. Формально у строений есть собственники – наследники или бывшие владельцы, – но фактически они годами не появляются на месте и не несут ответственности за имущество.
На первый взгляд, решение очевидно: признать дом пустующим, передать государству, чтобы вовлечь его в хозяйственный оборот или продать. Однако на практике сельские исполнительные комитеты сталкиваются с серьезными трудностями.
Процедура внесения дома в реестр пустующих объектов, предусмотренная указом № 116, требует значительных административных усилий и времени.
Во-первых, пустующим дом признается по прошествии не менее трех лет неиспользования.
Во-вторых, непросто достучаться до собственников: люди меняют место жительства, не оформляют наследство или проживают за границей. Их активно разыскивают и, выйдя на конкретное лицо, начинают переписку. С момента получения извещения собственник имеет один месяц, чтобы уведомить исполнительный комитет о намерении использовать дом. На приведение же его в надлежащее состояние дается еще год. Если за это время ничего не происходит, дом признается пустующим, подается заявление в суд о признании его бесхозяйным. После судебного вердикта райисполком принимает решение о его дальнейшей судьбе. Учитывать нужно и то, что любая ошибка или недочет могут привести к оспариванию решения.
То есть, даже если дом находится в аварийном состоянии, почти развален, его сложно снести именно из-за трудностей в поиске законного собственника. Если же таковой находится – у него в запасе еще 360 дней. Вот и стоят покосившиеся избушки все это время, портя внешний вид местности и вынуждая жителей мириться с такими неприглядными и, порой, опасными соседями.
Утраченные связи
Грустно смотреть на пустые дома, которые несколько десятилетий назад были символом труда, устойчивости и семейного уклада для старшего поколения. Дом строили годами, вкладывая не только деньги, но и смысл. Сейчас половина из них не просто пустует, а доживает свои дни «в муках».
Для части нынешних собственников дом перестал быть ценностью, а его содержание превратилось в проблему: проблему приехать туда, окосить траву, убрать сухостой, подпереть забор, укрепить стены. Отсюда и отношение: не враждебное, а скорее равнодушное, мол, разрушить рука не поднимется. Пусть развалится само.
Именно бездействие, как самый простой выбор, и становится главной причиной деградации сельского жилого фонда. Хочется, чтобы наследство виделось как часть собственной идентичности, а не как ресурс, который можно игнорировать. Пока же ситуация такова: пустующие дома появляются быстрее, чем государство успевает их учитывать и вовлекать в оборот.
Елена ЮШКЕВИЧ